Как стать ближе к пониманию и принятию современного искусства

Споры вокруг современного искусства не утихают, и если где-то мнения относительно него и приобретают прижившиеся формы, то по большей части они носят предвзято-негативный характер. Современное искусство в кругу обывателя принято клеймить, вешать на него ярлыки «непонятного», «вздорного», «неталантливого». Помните знаменитую сцену из кинофильма «Intouchables» (переведен в России, как «1+1»): «У автора просто пошла кровь из носа…» — таково популярное мнение о том, что представляют из себя произведения современного искусства. Но так ли это на самом деле?

В первую очередь стоит понимать, что искусство – явление динамичное. Как и общество, проекцией сознания которого оно отчасти является, оно развивается, приобретает новые формы своего выражения. Этих форм не нужно бояться и уж тем более отрицать их, не попытавшись понять.

Другим немаловажным фактором принятия современного искусства является время и масштаб. Вернее сказать, «угол обзора». Нам привычно смотреть на работы Караваджо, Рембрандта, Гогена и других признанных мастеров искусства, но знаем ли мы какое впечатление их работы производили на их современников? Уверены ли в том, что и они не считались чем-то революционным и непонятным зрителю? Дело в том, что воспринимать их картины мы способны, как минимум, исходя из примерных представлений об их эпохе, условиях жизни, поднятых социальных темах, об истории. Знание обо всем этом мы приобретаем в процессе воспитания, учебы и самообразования. Мы знаем границы, мы видим поставленные точки. Оценить время, в котором мы живем, дать ему объективную оценку – дело не из легких. Кто знает насколько популярны будут через тысячу лет те художники, что не признаются сейчас обывателем. Может, и они повторят путь непонятых когда-то Франческо Пармиджанино и его «Мадонны с длинной шеей», Тициана с его «Венерой Урбинской» или Эдуарда Мане и его «Олимпии».

Итак, научившись хотя бы не отторгать современное искусство, избавившись от навязанного себе страха перед иным, можно приступать к попыткам это искусство понять и прочувствовать.

Какова идея той непонятной конструкции, что установлена перед вами в музейном павильоне? Что желал донести автор до своего зрителя? Важно усвоить, что не всегда ответы на эти вопросы заключены исключительно в самом произведении. Прежде чем понять «о чем», желательно изучить хотя бы краткую биографию автора, выделить возможные критические моменты его жизни; оглянуться на общемировые тенденции, на происходящее в мире и обществе. Современное искусство – оно о смыслах, о проблемах, повисших в социуме либо персонально значимых аспектах.

Возьмем работу Джеффа Кунса «Play-Doh», которая представляет из себя огромную кучу пластилина, сделанную из раскрашенного алюминия. На первый взгляд определить задумку автора довольно сложно, а, скорее, и вовсе представляется невозможным. Однако, если уделить определенное время биографии скульптора, то можно обнаружить, что травмирующим событием в жизни художника была его разлука с сыном, мать которого забрала его при разводе. А единственной вещью, оставшейся у отца от своего ребенка, была сделанная им накануне кучка из пластилина. Казалось бы, небольшой факт из жизни художника, но сколько символизма и глубины приобретает скульптура, что минуту назад казалась бессмысленной грудой.

А иногда смысл заложен еще глубже, и без имеющегося описания экспозиции либо должного аналитического склада ума, определить его становится по силам не каждому. При том – он там имеется.

Взглянув впервые на инсталляцию Джозефа Кошута «Один и три стула», что была представлена в 1965 году, в голове лишь один за одним возникают вопросы, ответы на которые находятся не всегда. Перед посетителем музея предстает следующая картина: у стены стоит стул, по его левую сторону на самой стене расположена фотография этого самого стула, а по правую – распечатанная выдержка из толкового словаря с определением слова «стул»… Подобная работа представляет из себя отличный пример концептуального искусства, когда во главу произведения ставится его смысл. В описанном случае художник задавался важным на то время вопросом, что, впрочем, актуален и по сей день: что важнее – сам объект, его художественный образ – или его суть? И насколько искусство вовсе необходимо? Как только задача автора становится ясна, экспозиция тут же приобретает иной образ в сознании зрителя.

Не стоит бояться трудностей в интерпретации произведений искусства. Во-первых, это абсолютно естественная их характеристика, а во-вторых, порой она и позволяет провести границу между настоящим искусством и банальной пошлостью. Вряд ли «Божественная комедия» Данте была дословно понята каждым, кто приступал к ее прочтению, однако, сложность ее метафор и отсылок в ней не помешала стать этому произведению одним из ключевых в истории литературы.

Чтобы окончательно научиться понимать современное искусство или хотя бы искренне попытаться это сделать, отбросив любые закрепившиеся в обществе стереотипы и предрассудки, важно также усвоить для себя один неотъемлемый принцип всего процесса созерцания: искусство ничего не должно. Как оно не должно быть понятным каждому, так оно и не обязано быть «красивым» или привлекательным. Главная его цель, во многом, – человеческая рефлексия.

Да, современное искусство обладает гораздо большим объемом форм возможной его реализации, что зачастую пугает неподготовленного зрителя, загоняет его в непривычные обстоятельства, вызывает дискомфорт. Но если вдуматься, то оказывается, что эти самые непривычные обстоятельства – это выход за пределы прижившихся рамок, это свобода и полет человеческого духа и возможностей. Не стоит отворачиваться от того, что кажется не столь простым, каким мы привыкли его видеть.

А может трудность в понимании произведения – не недостаток искусства, а проблема человека, что до него «не дорос»?

 

Фото: Stefan Thomas