«Живая жизнь» Ф. Трюффо, или Новая волна во французском кино

400 ударов

1958–1959-е гг. стали началом течения, именуемого французской «новой волной». «Новой» здесь была и атмосфера в кадре — свободная, слегка небрежная, и игра актёров — естественная, полуимпровизационная, и общая концепция кино, наполненного жизнью. Жизнью такой, какая она есть, без эффектов и зрелищ («камера-перо»). Но ещё более важно — жизнью свободной. Отсюда в произведениях «новой волны» эксперименты с повествовательной частью и монтажом.

Перед тем как перейти непосредственно к творчеству Ф. Трюффо, необходимо определить место этого автора среди прочих последователей указанного течения. Итак, режиссёры «новой волны» условно делятся на три группы:

1. Авторы документального кино, которые переносили некоторые знакомые им приёмы в кино игровое — А. Рене, А. Варда, П. Каст. Именно они чаще всего проводили разного рода «эксперименты» с кинотекстом.

2. Участники группы «Киноправда», чьё предпочтение отдавалось документальной сьемке, вплоть до использования скрытых камер, — К. Маркер, Е. Морин, Ж. Рох.

3. Авторы-журналисты и авторы-кинокритики, разбиравшиеся во всех тонкостях классического кинематографа. К ним как раз и принадлежал Трюффо, а также К. Шаброль, Ж.-Л. Годар, Э. Ромер. Особенности творчества этой группы автор статьи предлагает рассмотреть на примере произведений Трюффо.

Трюффо, вместе с остальными членами третьей группы, вывел на экраны фигуру романтического персонажа-бунтаря. Только у Трюффо это был не героизированный «задиратель юбок» (как Мишель из фильма «На последнем дыхании» Годара, 1960), а подросток, страдающий от непонимания, безразличия окружающих и даже — их жестокости. Речь идёт, конечно же, о ленте «400 ударов» (1959) и её главном герое Антуане.

Антуан — подросток, курящий сигареты, прогуливающий школу, совершающий мелкие кражи. Герой жаждет освободиться от школьной рутины и деспотизма учителя, от тесной комнаты, в которой он живёт с родителями, да и от присутствия самих родителей — бесконечно работающего отчима и матери, изменяющей этому отчиму с другим мужчиной. Сначала Антуан убегает из дома. Потом — из исправительной колонии, куда его отправили родители. В конце, под музыку Жана Константена, зритель видит сцену, прекрасную своей романтической лёгкостью и чистой детской мечтательностью: Антуан осуществил свою мечту — он свободен, он увидел море, он бежит к этому морю, он касается его ногами, он чувствует его запах, а потом поворачивается лицом к зрителю. Кадр застывает. Сидящие в зале видят крупный план Антуана и смотрят в глаза «новому» герою, этому наивному мечтателю. Наивному, но свободному.

Стреляйте в пианиста
Стреляйте в пианиста (1960)

Следующая картина Трюффо, «Стреляйте в пианиста» (1960), по жанру представляла собой пародию на американские нуарные фильмы. В этом произведении нет бунтаря, вроде Антуана, но жизни в нем нисколько не меньше. Здесь Трюффо занимают вопросы судьбы и важности случая. Герой фильма Шарли, в прошлом — богатый, известный пианист и обладатель красавицы жены, а ныне — одинокий музыкант, зарабатывающий на жизнь в дешёвом кафе. В один момент герой потерял все. Однако точно так же он приобрёл любимую женщину — Лену. Фильм не обещает счастливого конца. Лена погибает от пули одного из бандитов. Таким образом, Шарли то получает, то отдает, — все, как в настоящей жизни.

Жюль и Джим
Жюль и Джим (1962)

«Жюль и Джим» (1962) — третье кинопроизведение, которое, по некоторому мнению (С. Е. Жаринов. Французская «новая волна») является последним из тех, что создавались по принципам течения. Хотя уже в нем герои-бунтари проигрывают свою свободу. Казалось бы, в этой ленте пропагандируется свободная любовь — одна женщина любит сразу двух мужчин, — но в финале Катрин кончает жизнь самоубийством и убивает одного из своих любовников — Джима, сказав до этого Жюлю, чтобы тот наблюдал за происходящим. «Они не оставили ничего после себя», — эта фраза во время похорон звучит холодно и предупреждающе. Предупреждающе для будущего поколения шестидесятников с их свободными нравами.

Поэтому при всей своей приверженности канонам нового течения нельзя не заметить, что режиссерский «прозаический» почерк Трюффо сильно отличается от такового у его «коллег». У этого режиссёра на первый план выходит сюжет, а не эстетство — история, а не кадр. История о борьбе подростка-романтика Антуана, взлётах и падениях пианиста Шарли, трагедии любовников Катрин, Жиля и Джима. Подобное достигается за счёт съёмок на натуре, естественной игры актёров (так, игра Антуана была практически полностью импровизированной), «свободной» камеры (камера может привязываться к велосипеду, к вертолету, резко взмывать вверх или стремительно падать вниз и т. д.). Причём, выстраивая рассказ посредством декораций, актёров, монтажа и др., Трюффо стремится максимально вовлечь зрителя в происходящее: он предлагает сюжеты, где герои попадают в пограничные ситуации, что так или иначе заставляет смотрящих сопереживать им. Таков Трюффо и его кинематограф — немного бунтарский, но одновременно нежный и трогательный. Кинематограф для свободного и чувствующего зрителя.