Свое и чужое. Возникновение цивилизации

В давнем споре о роли в истории взаимодействия культур крайние позиции занимают представители двух течений. Одно из них называют крайним автохтонизмом, или изоляционизмом. Другое — диффузионизмом. Изоляционисты считают, что каждый народ сам совершенно самостоятельно создает свою культуру — во всех ее деталях без исключения. Диффузионисты склонны все на свете объяснять заимствованием. Любое культурное достижение любого народа оказывается, по их мнению, ручьем, источник которого лежит на чужой территории.

Из страны в страну переносятся, по мнению крайних диффузионистов, древние благодетели-просветители. Некоторые диффузионисты видят единый центр, родину таких просветителей в Египте. Другие — в Вавилоне. Третьи приписывают всевозможные открытия предкам германских народов. В числе гипотетических «отцов культуры» побывали и индийцы, и китайцы, и японцы. Перечислять можно долго. Иногда очередной народ — претендент на звание основателя человеческой цивилизации бывал представлен человеком, считавшим себя потомком этого народа, иногда — ученым, который изучал историю этого народа. Но, что бы ни было побудительной причиной, возмутительный расизм или простительный энтузиазм специалиста, ошибка от этого не становилась менее грубой. История Земли не знает общих для планеты «культуртрегеров», которые, дескать, все узнали, все открыли, сделав все остальные страны своими учениками.

Сверхдиффузионизм с его представлением о едином центре мировой цивилизации сильно сдал свои позиции в науке в последние десятилетия. Иногда, правда, он пытается взять реванш. И тогда создателями всех древних цивилизаций Америки, Полинезии (а порою Африки и Азии) объявляются «белые бородатые люди» из индейских легенд.

Но ведь одно дело сам факт доколумбового появления в Америке европейцев, и совсем, другое — признание этих европейцев учителями, а индейцев — их покорными подражателями. Второе означает уже расизм. Но можно ли считать, что какая-либо из древних цивилизаций была своего рода (хотя бы в какой-то мере) инициатором возникновения остальных?

Ученые единодушно сочли, что уже употребление слова «инициатор» в таком вопросе неверно. Между инициаторством и влиянием — огромное расстояние. А влияние любая цивилизация оказывает на другие. Великие цивилизации, по сути дела, в одиночку не возникают. Район возникновения цивилизации, подобно району очеловечивания, не может быть ограничен каким-либо одним определенным пунктом, но можно очертить район возникновения множества сходных по развитию обществ. Инициатором возникновения цивилизации, в полном смысле этого слова, никакая из древних цивилизаций быть не может. Такое утверждение, однако, не исключает ситуации, при которой подошедшие уже к порогу цивилизации народы заимствуют у несколько вырвавшегося вперед соседа отдельные элементы цивилизации.

Есть, правда, и другой диффузионизм. Его приверженцы менее категоричны, гораздо более скромны, никак не связаны с расизмом. Они признают каждый народ мира создателем множества культурных ценностей, в чем, безусловно, правы. Все народы мира оказываются сразу учителями и учениками, передают и получают, создают и делятся, и это тоже, безусловно, верно. Слабость диффузионизма этого рода в другом. Каждое открытие, как нередко доказывают сторонники этого направления, может быть сделано только один раз и только одним определенным народом. При таком подходе культура каждого народа выглядит как мозаика из деталей, созданных им самим и привезенных издалека, но при этом сами детали, если можно так выразиться, стандартны. Любая из них используется в том же самом виде, хотя и в иных сочетаниях с другими деталями, любой культурой мира.

Но дело обстоит далеко не так. Любое культурное достижение, свое или чужое живет и во времени, оно меняется, преобразуется, принимает новые черты. Народ усваивает новую идею, скажем, как человек пищу, — идея становится частью его образа мыслей.

Можно опять вспомнить хотя бы, как фанатически сражавшийся против идолов, ислам Мухаммеда, по сию пору борющийся в Северной Африке даже с живописью, в Индии стал терпимым к запретным изображениям вплоть до совмещения порою в одном здании индуистского храма и мусульманской мечети.

Спор диффузионизма всех разновидностей с изоляционизмом очень напоминает еще более древний спор о степени влияния на человека наследственности, с одной стороны, и воспитания — с другой. Изоляционисты напирают, так сказать, на наследственность, диффузиолисты — на воспитание. Между тем истина, как ей и полагается, лежит если и не точно посередине, то, во всяком случае, между двумя крайними течениями, на острове объективной исторической оценки.

Создавай свое, но и учись у других — иначе нельзя. Эстафета знаний, быстро или медленно, но передается не только во времени, но и в пространстве. Однако не все «палочки», передающиеся в этой эстафете, полезны. Не все приходящее стоит принимать. Нельзя забывать и о борьбе идеологий, в ходе которой, пропаганда пыталась и пытается подсовывать свои отравленные плоды. Сильная народная культура никогда не превратится во флюгер, поворачивающийся туда, куда дует ветер, откуда бы этот ветер ни исходил.

Трудная проблема: что из пришедшего со стороны принять как полезное и необходимое, а что отвергнуть, дабы сохранить свою самостоятельность. Но проблему эту в истории приходилось решать каждой стране, каждому народу.

  • Поделиться:
Читайте также: