Ангелы пришпиленные к небу

Paola Cerato

Ангелы пришпиленные к небу
Хватаются за облака
Просят
Возьмите нас с собой туда
Где нет созвездий самолётов птиц
И прочих неопознанных объектов
Облака
Как всегда
Не соглашаются
Говорят что квота на ангелов
В данный момент закончилось
Трясут размокшей бумажкой
Может
Забыли что сегодня
Обещали дождь
И плачут.

***

Почему на земле идёт дождь
Потому что когда никто не видит
Брюссель
Поднимается в небо
Взрывается облаками
Церкви стреляют грозою
А потом мостовая
Начинает стекать
По воздуху вниз
Играя градом камней
Из пленных подвалов
Зерно вылетает
И птицы купаются в пиве
И тогда
Спасаясь от скользких осколков
Наточенных каплями окон
Я понимаю
Почему я
Люблю
Вечную бельгийскую осень.

Дракон

Когти скользят по металлу
Мало
Золота злачного в тёмной пещере
Не верю
Что эти стены огнём пропитались
Сжались
Веки в морщинах ушедших столетий
Ветер
Не принесёт сюда сонные сказки
С опаской
Смотрит луна через щёлку из камня
Вам я
Не покажу склепы злых украшений
И приношений
Я не приму никому не откроюсь
Зароюсь
В тусклую гальку сокровищ усталых
Сначала
Стан окуну в золотую лавину
И сгину.

Брейгель

Собаки разгребают мёртвый снег,
Конец охоты как конец творенья,
Холмы стекают в синь замёрзших рек,
Деревни разрастаются коренья.
Рыжеют лисы на горбах крестьян,
Дорожка крови вновь приводит к дому,
Январь захлопнул ледяной капкан,
Могли уйти, но вышло по-другому.
Огонь поленья превращает в прах,
Зима людей горстями собирает,
И до весны хранит в пустых домах,
Пока они овсом не прорастают.
Коньки на льду ажурный чертят круг,
Куда-то мчится человечья стая,
Прожить своё, перетерпеть испуг,
На полотне возникнуть и растаять.

***
К Вавилонской башне мерно идут волхвы,
Принесли известье – все говорят как мы,
Все слова ясны, только отзвуки их немы,
Ведь звезда давно растворилась в котле зимы.

Короли устали, дремлют на кирпичах,
Не умеют строить, не будут и разрушать,
Овцы льнут к теплу, ослы как всегда кричат,
Пожилой погонщик пытается их унять.

У подножья ясли и сено кого-то ждут,
Кто потом уйдёт, оставив крестовый след,
Догорают царства, и вспять города текут,
Разрезает время след от слепых комет.

Вырастает башня и щерится на огонь,
Вверх ползёт терновник, врастая в калёный лёд,
Гвозди крепко вбиты в протянутую ладонь,
Всё проходит, и это опять пройдёт.

***

Стежки дорог сшивают города,
Пух облаков взбивают самолёты
И блёстки звёзд спадают иногда
На горизонт, на линию отсчёта;

Мне дали нить, и я её держу,
Себя продеть в ушко – чего же проще,
Я справлюсь, я судьбу опережу,
Вплетусь в узор, на страх, на риск, на ощупь;

Я вытку смысл, создам новейший крой
Из вытертых обрезков мёртвой ткани,
Игла кровит простроченной судьбой,
Я вмётана, я вшита, я не с вами.

***

Большая медведица
Собирает звёзды
Бросает в окна
А другие созвездия
Завидуют
Кидаются тёплой золой
И злятся на яркие окна
Тогда
Медведица
Прячется в тучу
И тихо томится
Потом
Выглядывает украдкой
Дома проверяет
И говорит
Не будет рассвета
Пока не погасло
Последнее
В мире
Окно.

Москва

Москва -цыганка в безразмерной юбке,
Разложит карты парков, мостовых,
Раскурит улиц тлеющие трубки,
И погадает на ещё живых;

Сквозь куполов монисто золотое
Чернеют косы шёлковой реки;
Запляшет огоньками над водою,
Пустив по небу облаков платки.

Себе предскажет дальнюю дорогу,
Вплетёт удачу в линии метро,
Приманит ночь и заключит тревогу
В стальное, необъятное нутро;

На струнах проводов романс сыграет,
Гуди, шуми, цыганская гульба;
Отыщет смысл и снова потеряет,
Лишь усмехнётся: значит не судьба.

***

Поверхность руки
Переходит в поверхность кресла
Интересно
Как часто мы сливаемся
С вещами и городами
Беззвестно
Размываемся
По мокрым дорогам
Бесчестно
Присваиваем себе запах гари
И звуки измотанной скрипки
Неуместно
Чернеем буквами в ежедневнике
Зеленеем тонкой травой у подъезда
Орём на крышах котами
Прилипаем водорослью к волнорезу
Повсеместно
Проливаемся новым рассветом
И течём
В неизвестность.

Иллюстрация: Paola Cerato

  • Поделиться:
Читайте также:
  • Михаил Шолохов. Наука ненависти
    На войне деревья, как и люди, имеют каждое свою судьбу. Я видел огромный участок леса, срезанного огнем нашей артиллерии. В этом лесу недавно укреплялись...
  • Возвращение имен
    НАЗАД В СССР На реках торжествующего атеизма, у Рыбинского водохранилища, там сидели мы и плакали, когда вспоминали мы Сион. На...
  • Телесность как философско-правовая категория
    Рассматривая человека как знак, не взирая на общепризнанную его триединую природу (тело, дух, душа), для сферы правоотношений целесообразно выделить еще несколько аспектов, которые являются также...